Из провинции в Москву, из Москвы в Денвер


redrock тусовка


                Дмитрия Легута можно по праву считать философом московского блюза и рок-н-ролла. Очевидно сразу после своего появления на свет в 1969 году, Дима начал сознательную жизнь. Конечно, он не мог в начале жизненного пути сочинять и играть на гитаре, но наверняка уже тогда догадывался, что нужно запоминать и заслушивать мир, его окружающий. А вдруг пригодится в будущем. И это время не прошло даром.
        Свои песни Дима стал создавать в армии, затем в институте и продолжал в остальной части своей жизни. Дмитрий уверенно осваивал журналистику, был на все руки разнорабочим и честным продавцом, смелым сторожем и быстрым курьером, как мужчина выдержал экзамен безработного и вновь стал журналистом. Первыми музыкальными проектами стали группы «Легут и Ко», «Совместное предприятие». Жизнь побросала Диму по некоторым малым, крупным и очень крупным городам: Измаил, Будапешт, Удомля, Владимир, и наконец, Москва, где он творит и проживает по сей день. Легут это солист-одиночка с гитарой и губной гармоникой. Таких музыкантов в США называют «singer/songwriter». Легутовский формат, условно называемый «комнатный рок», блюз-рок, если хотите, - это «история вовсе отдельная», которая уложилась пока в два альбома: «Комнатный рок. 2005» и «Жития несвятых. 2008». Выпущены две небольших книжки – «Табуреткин» и «Протоколы сиамских близнецов». Тем не менее, в репертуаре у музыканта и исполнителя более сотни своих песен, а также много каверов различных хитов, включая англо-американские нетленки.
        Если вместе с Димой посадить за один общий стол всех тех, от кого он «наглотался музыкальных идей, повлиявших на его жизненный и творческий путь», то в этой замечательной компании окажутся «Битлз», Боб Дилан, Курт Воннегут, Михаил Науменко, Александр Вертинский, Роберт Джонсон, Пинк Андерсон, Сергей Довлатов, Умка (Анна Герасимова), Борис Гребенщиков.
        О том, что показал нам москвич Д. Легут во время своего второго визита в Колорадо, спросит и расскажет поэтесса Галина Вороненко.

полет души под знаком рок-н-ролла

        Итак, вновь мы объединяем свои души в замкнутом пространстве зала, который, как волшебное полотно фантастического художника, неразумно и беспокойно теряет свои границы и объём под влиянием музыки.
        Под влиянием гитарных ритмических изображений, отражающихся в наших душах, душах-зеркалах волшебных звуковых перемещений. Это – как путешествие во времени, которое сконцентрировано на музыку любой души, и, стало быть, на музыку общения и гармонии.
        «...и вновь я посетил...» - так может сказать Дмитрий Легут, Москва, гитара, рок, блюз, который дал свой концерт в Денвере в начале лета (не прошло и полгода).
        Димино выступление предварял американский музыкант Грег Грир (Gregory Greer), играющий в основном кантри, но по собственному желанию и по желанию отзывчивой на любую хорошую музыку публики, исполнивший и великолепные блюзы. Грег понравился всем без исключения, поскольку и техника игры на гитаре, и широкая открытая улыбка, и энергия души не могли оставить равнодушными даже тонких знатоков музыки рок. Он буквально сиял и рассыпался в звенящие аккорды, делая многозначительные музыкальные паузы, в которых можно было разместить благодарный и задумчивый вздох, и неясную мысль, и кусочек дороги...
        Выступление Дмитрия на этот раз отличалось свободой исполнения и, я бы сказала, доверием, что можно объяснить, вероятно, тем, что он уже как бы и привык к нам, а поэтому и доверял больше. Играл свободно, гитара звучала насыщенно и эмоционально. Спел много старых, а также и новых песен. Димин «комнатный рок» располагает к задумчивости, к слушанию углублённо и сосредоточенно. Тексты песен иногда просты и доступны, иногда печальны и саркастичны. Скрытая ирония повествования даёт импульс к размышлению, настраивает на балладный тон/ток... Поэтому мы решили взять строгое интервью – пусть-ка сам расскажет, о чём он думает, как «взрослеет», а, если не «взрослеет», то почему.
        Представляем вашему требовательному вниманию интервью с Дмитрием Легутом, проведенное Евгением Халецким и Галей Вороненко.
       - Дима, первый несложный вопрос: в двух словах о том, где, как и под влиянием чего, приходят к тебе первые строчки твоих песен?
       - Где угодно и как угодно, под влиянием впечатлений от того, что происходит со мной и вокруг меня. Иногда нужные слова достаются в готовом виде. Например, еду в автобусе. А в нём под потолком - монитор с каким-то рекламным телевидением. Появляется рубрика - что-то в духе «крылатые фразы». Мне выходить, но я хочу успеть получить информацию, которая мне на данный момент жизни полагается. И успеваю - написано: «Очень трудно жить легко». Имя автора афоризма сразу забываю, что, конечно, некрасиво с моей стороны. Ведь, во-первых, я за просто так обзавёлся ответом на то, о чём в тот момент думал. А во-вторых, быстро, на ходу, я уже сочиняю песню с рефреном: «Очень трудно жить легко». Короче, первые строчки я беззастенчиво присваиваю - у жизни в целом и у конкретных людей в частности.
       - Зная твое трепетное отношение к Вере, позволю задать тебе несколько странный вопрос, продиктованный, нет, скорее, навеянный первой поэмой древней Индии «Рамаяна» -
       «...утёс восхитительный, как бы венчающий гору,
       То чёрным, то белым, то серым является взору...»
- это Рама горой Прашравана восхищается, а вопрос наш такой - ты сам, перед великой и прекрасной Горой застыв, что бы ты сказал, если бы смог?... (если бы не онемел от красоты возвышенной и философской...). И еще – меня, например, озадачило противоречие в вИдении цветовой гаммы и несомненно-оглушающей Красоты...

       - Мне не очень близки и ясны все эти брахмапутры, но если я правильно понял вопрос, сказал бы: «Слава тебе, Господи, за всё!» «За всё» - это как раз по поводу изменения цвета, в котором противоречия на самом деле никакого нет.
       - Бесценный Шекспир однажды закончил один из своих сонетов так: «...Но избежит ли грешный небесных врат, ведущих в ад кромешный?» Как ты видишь/понимаешь этот парадокс?
       - Похоже на то, что бесценный Шекспир увлёкся премилой барышней и метафорически выражает своё беспокойство, мол, не покажет ли она себя в будущем жуткой стервой. Если речь идёт о настоящих аде и небесных вратах, то простите, этого парадокса я не понимаю.
       - Мой неистовый друг из страны Стихи.ру Соня Сладенько однажды мне изысканно ответила на одно из моих стихотворений так: « Запутавшись в терновнике из строф...» А ты в них как себя ощущаешь?:)
       - В «терновнике из строф» я не путаюсь. Моё поэтическое хозяйство скорее похоже на ухоженный огород, который я педантично копаю, удобряю, поливаю, пропалываю... И огород этот - единственная часть моей жизни, в которой есть порядок, логика и надёжность.
       - Сравнимы ли твои песни со статикой страны, где ты живёшь? Поскольку мы, уехавшие, не видим перемен на уровне души в масштабе усреднённом, или в масштабе большинства. Поясню – с 1917 кровавого года преобладает стратегия и тактика довлеющего большинства. Можно спорить, естественно. Это лишь наше мнение, а нас мало. Коротко и ёмко давным-давно эту ситуацию озвучил Александр Галич:
       «Собаки бывают дуры,
       И кошки бывают дуры.
       И им по этой причине
       Нельзя без номенклатуры...»
(извини)!
       - Я - часть своей страны. Соответственно, мои песни в первую очередь сочинены из слов, впечатлений и настроений, данных мне моей страной. Ей они в первую очередь адресованы. С любовью и сожалением о том, что многое в России происходит нечестно, неправильно. Тем не менее, как кто-то замечательно сказал: «Не надо путать Родину с начальством». А то, что ты зловеще называешь «довлеющим большинством» - это, наверное, одна из сторон соборной психологии русских людей и к 17-му году, по-моему, отношения не имеет. В индивидуализме западного человека, на мой взгляд, куда больше духовных пробелов.
        - На какой вопрос отвечает Москва, по твоему мнению: где, когда, как, почему, откуда, если, отчего...?
        - Москва - это не только автомобильные пробки и коррумпированные чиновники. Главная функция нашей столицы - функция духовного центра. И в этом смысле Москва, как формулирует Бердяев, отвечает на вопрос: «Что?» Не: «О чём?», а: «Что?» А дальше дело в желании и способности услышать и усвоить ответ.
       - Ты выращиваешь дерево и знаешь точно, какое это дерево, а оно, вырастая постепенно, являет себя совершенно другим, то вот как бы ты удивился по этому поводу?... (дуб, к примеру, вырос в сосну).
       - Наверное, так бывает часто и со многими людьми и начинаниями. Если сознательно и серьёзно делаешь одно, а на выходе получаешь другое, это - крах и великий облом. Кажется, умный Эйнштейн сказал, что важнее чётко поставленной цели и пути к ней есть только одна вещь - вовремя осознать ошибку в выборе этой самой цели и найти в себе силы найти новую, верную. Так что если «из дуба выросла сосна», надо начинать заново, брать жёлудь и вперёд...
       - Всегда ли ты завязываешь шнурки на кедах? Кеды – это уже не обувь, это уважаемый атрибут лёгкого и беспечного духа странствий и, особенно, перекрёстка, который, как ты знаешь, есть место концентрированной энергии выбора/решений и т.д. Попробуй связать кеды и блюз, например. И это уже подсказка....:)))
       - Во-первых, кеды я не жалую. Они - атрибут спорта, а значит, соревнования, которое мне не по душе. И ноги в них потеют. Шнурки завязываю не всегда. А когда завязываю, часто рву. С блюзом мне удобнее связать хорошие внушительные ботинки. Например, «шуз - блюз» (насинг ту луз - пойду, похмелюсь - ничего не боюсь - груз - вкус - конфуз.........).
       - Спасибо тебе, Дима, что ты был великодушен и терпелив, отвечая на наши, не совсем обычные, вопросы. Но мы искренне считаем, что отвечая на обычные вопросы, музыкант чувствует себя в шкафу. А в шкафу полно пыли и дряхлый запах...
        И спасибо тебе от всех, кто тебя слышал и видел на нашем прошлом рок-празднике! Приезжай почаще и знай, что в Колорадо уже много людей, сердца и души которых настроены точно так же, как и твоя звонкая и бесценная гитара.






Евгений Халецкий
Галя Вороненко
Денвер